Рассказы Игоря Сутягина — 3

Ну вот, слава богу — наконец-то туманы! А то второй год уже живу на берегах Туманного Альбиона, а даже сравнительно жиденькие туманы видел за всё время всего лишь только раз пять! И то два раза — за последние полтора месяца. То есть выходит, если круглым счётом, три тумана в год — не слишком-то достойный показатель для страны, претендующей на почётное звание родины знаменитых туманов! И что-то ни одного, похожего на подмосковные, чтоб в тридцати шагах впереди уже ничего не видно. Такое впечатление, что про британские туманы нам то ли рассказывают сказки, то ли они и правда были, но остались где-то в далёком прошлом.
albion
Да и вообще с климатом Великобритании связано в нашем российском восприятии чересчур много легенд. Которые на деле с современной Англией имеют довольно мало общего. Вот туманы — одна из них. Другая — дожди. Вам когда-нибудь говорили, например, что в Англии-де постоянно идут дожди? Говорили? Так вот знайте: врут!
Причём дело не только в том, что дожди здесь идут не чаще, чем в Подмосковье. Дело ещё и в том, что дожди эти какие-то хлипкие, незрелые, не дотягивающие по большей части до громкого звания «Дождь». Потому что очень трудно посчитать дождём водяную пыль, которая летает в воздухе и изредка, заигравшись в своём вольном полёте и спустившись слишком низко, цепляется за землю и тем самым ВЫПАДАЕТ-таки в виде ОСАДКОВ, увлажняя траву и асфальт. И вот такие вот, с позволения сказать, метеорологические явления составляют не меньше половины того, что внедряется в наше сознание под названием «британский дождь». Нет, определённо англичане цену себе набивают: и дожди, мол, у нас постоянно, и туманы!..
Хороший, крепкий ливень вызревает здесь далеко не каждый месяц. В этом, 2011-м году я видел такой, по-моему, только один раз — в конце лета. Вот тогда всё было по-взрослому: огромная чёрная туча, дождь стеной, сплошной поток воды по стёклам автобусных окон… Правда, и в тот раз туча по нашим меркам была мелковата — мы въехали в неё с дочерью на городском автобусе у окраины Оксфорда, а уже километра через полтора она закончилась. (Мне кажется, НАШИ ливни обычно происходят на более масштабных территориях.) Соответственно, и продолжается ливень чуть поменьше, чем у нас. А обычный дождь нередко происходит по формуле «шесть капель на квадратный метр»: более мелкие, чем обычно для Средней полосы России, капли падают редко, так что иногда кажется, что между ними и в самом деле можно лавировать, убегая от дождя.
Учитывая подобные особенности своей погоды, англичане, к слову сказать, далеко не всегда при дожде пользуются зонтиками. Потому что и в самом деле лениво как-то доставать зонт, раскладывать его, нести потом в руке, водрузив над собой — и всё это для того, чтобы укрыться от водяной пыли или от пресловутых шести капель на квадратный метр. Не настолько вымокнешь-то под таким «дождём», чтобы терпеть все эти страдания. Но это — информация для внутреннего пользования. А для иностранцев тут — Туманный Альбион. Туманный, дождливый и загадочный.

Не такое уж исключительное событие в Королевском институте — моего коллегу вместе со мной пригласили на слушания в один из комитетов британского парламента. Отказываться было грех, тем более, что можно ведь и написать об увиденном для газеты «Час пик» — так что третье моё посещение парламента (первые два были в далёком 1994 году) состоялось успешно и по графику.
Вообще британский парламент заслуживает очень длинного рассказа — интересного в нём очень много. Неудивительно — за то время, пока стоит этот дом (его первая часть построена ещё в 1099 (!) году), в его стенах успело накопиться множество интересных историй.

parlament

Самая же первая интересная история начинается с того, как вообще в британский парламент проходят. Мы вот, например, шли по полученному через электронную почту приглашению на слушания в одном из комитетов парламента (просто послушать, не выступать). У входа за низенький заборчик, которым отделён от улицы парламент, стоят двое работников парламента — не охранники даже, а скорее просто клерки какие-то: пожилой мужчина и совершенно не спортивная женщина чуть побольше средних лет.
— Вам куда?
— Да мы вообще-то на слушания в час дня…
— Пожалуйста, проходите.
И никаких паспортов, предварительно заказанных пропусков или даже простых удостоверений личности. Даже  водительские права, которые служат здесь стандартным документом, и те не спросили! Потрясающее разгильдяйство с точки зрения обеспечения безопасности важного государственного учреждения!
То есть это я вначале так думал, что — потрясающее, пока мы не подошли к вооружённому автоматом полицейскому возле будочки. Будочка стояла у самого начала дорожки, ведущей куда-то немного вниз к дверям в здания парламента. (Тут — что есть, то есть, врать не буду — автомат на охраняющем парламент полицейском висел, как и пистолет в кобуре на бедре. Один из немногочисленной когорты британских полицейских с оружием — ну да об этом в другой раз.) Выглядел полицейский со своим «Хеклер унд Кохом МР5» достаточно внушительно, скрывать не стану — но вот то, что он проделал, поразило меня гораздо больше того, что произошло полуминутой раньше в беседе с сотрудниками парламента.
Потому что полицейский спросил:
— Вам куда?
Переговоря вёл мой коллега, он и ответил:
— Да мы вообще-то на слушания… — а точное название-то темы слушаний из головы и вылетело! Так что после некоторой заминки пришлось выдавать хоть какую-нибудь конкретику — …в час дня!
— А у вас распечатка приглашения есть? (Удостоверяющие личность документы, что характерно, тоже пока не всплывают. Но подтверждения факта того, что мы не дяди с улицы, а нас пригласили — запрашивает, один — ноль в пользу полицейской бдительности.)
А распечатать-то приглашение мы как-то в суматохе (всё-таки рабочий график в Королевском институте довольно напряжённый, собирались буквально за три минуты) — так вот распечатать приглашение мы и не подумали! Мол, пришли — и пришли, чего ещё надо!
Опять заминка — и опять коллега начинает выдавать хотя бы какую-то конкретику, чтобы привязаться к действительности:
— Это в девятой комнате слушания…
Вот в этом самом месте самое удивительное и произошло. Потому что вооружённый автоматом полицейский, не видавший нашего приглашения и не спросивший нас про удостоверения личности, просто сказал нам:
 — Проходите!
И я немедленно выпал в осадок. Потому что тут же мысленно сравнил это с известной мне процедурой прохода в Государственную думу Российской Федерации (я уже не говорю о проходе в Кремль со стороны Спасской башни — автоматов там на виду, правда, нет, но процедура выглядит намного и внушительнее, и более угрожающе). И сравнение явно было не в пользу… — ну, не знаю, кому не в пользу оно было, но вот что ситуация у британского парламента здорово отличалась от ситуации у Госдумы и тем более у Кремля — это точно! И те двое полицейских у ведущей внутрь одного из двориков парламента двери, что просто повесили мне на шею шнурок с прищепкой, моего впечатления ничуть не изменили. За дверью мне велели встать на две нарисованных на полу подошвы, моментально сфотографировали и незамедлительно прицепили на прищепку на выданном мне шнурке мою тут же отпечатанную фотографию на бумажке с датой и каким-то штрих-кодом (так ни разу и не спросив у меня документов!).  Рамка металлоискателя, снятый пиджак, пропущенный через стандартного вида просвечивающий аппарат — это мы и в аэропортах видали. В общем, всё происходившее после полицейского с автоматом уже не могло изменить моего ощущения, что с мерами безопасности в парламенте что-то фундаментально не так, что-то очень сильно отличается от привычных нам мер. С этим самым чуством разительного отличия я и вошёл под своды оплота британской демократии. А о том, что довелось увидеть там, уже как-то в следующий раз, ладно?

Первое сентября в этом году выпало в Англии на третий день месяца. А я вас предупреждал, что в Соединённом Королевстве и время течёт не так, как у нас — иначе! Впрочем, в случае с первым сентября дело конечно, не в течении времени, а в том, как англичане организуют свою жизнь.
Ведь первое сентября это прежде всего что? — правильно, день, когда дети идут в школу. Так вот британские дети начинают ходить в школу не в первый день первого осеннего месяца, а в день, который на каждый год отдельно определяют местные власти. От них требуется только, чтобы он был «как можно ближе к 1 сентября». В прошлом, например, году учёба началась 6 сентября. Вроде как лишняя неделя каникул. А почему – не знаю!
Впрочем, говорить о «лишне    й неделе каникул» на самом деле не совсем верно: отличие здешнего школьного календаря от нашего ещё и в том, что для британских школьников определены не даты начала и конца учёбы, а её продолжительность. Она составляет «минимум 380 раз по полдня учёбы» (ну то есть в общем-то минимум 190 учебных дней – в Оксфорде так, например, решили, что будет 195 учебных дней). Так что если пришли школьники с летних каникул на неделю позже, то на неделю позже на следующие каникулы и уйдут.
Но суровость английских законов (как и российских, впрочем) компенсируется необязательностью их исполнения. По крайней мере в отношении школьных законов это, похоже, именно так. Сейчас даже в британских правительственных документах предупреждают родителей: «не забирайте детей из школы на время посреди учебного года, наказывать будем!» Масштаб принимаемых мер заставляет думать, что и масштаб проблемы, судя по всему, немаленький. То есть родители как-то не смотрят на понятие «учебный года» как на догму:  выпал отпуск на начало октября — не будет чадо на уроки ходить, а поедем вместо этого в Сассекс, отпуск проводить. И конец там четверти, не конец — дела нету. (Четвертей, впрочем, в Англии тоже нету — но об этом в другой раз.)
Как английские школьники умудряются при этом ещё и экзамены сдавать — для меня просто загадка. А британские школьные экзамены — это вообще большая отдельная история, с которой мне ещё предстоит самому разобраться (прежде чем рассказать вам, читатели). Дело в том, что, например, в последнем, одиннадцатом классе школьники сдают за учебный года до семидесяти экзаменов! Да-да, вы не ослышались, именно СЕМЬДЕСЯТ и именно ЗА УЧЕБНЫЙ ГОД! То есть одиннадцатиклассники практически только тем и занимаются, что сдают весь год один экзамен за другим! Как это можно называть «учёбой», я как-то до сих пор ещё до конца не понял.
Не везёт в нашем понимании и более младшим учащимся — экзамены преследуют английских детей начиная уже с 10 лет. То есть — никакого удовольствия от учёбы, один сплошной стресс, только и знаешь, что готовишься к экзаменам. Вы только подумайте — до 85-90 экзаменов за одиннадцать лет школы! Наверное, именно с учётом этого прискорбного обстоятельства и стало традицией ещё одно мероприятие, которое неизменно сопровождает английское первое сентября (на какое бы там число оно ни выпадало). Мероприятие это называется — ярмарка! На всю первую неделю сентября в городах разворачиваются передвижные аттракционы — и английские школьники, перед тем как погрузиться в беспросветную череду экзаменов, отчаянно отжигают на каруселях и прочих комнатах ужасов! Я их понимаю, если честно…

sent
На снимке: лондонская школа на улице Марилебоун